Продавец букв помогает Оксане Робски (серия 1)


Пока суть да дело, да борьба с последствиями простуды - совершенно нерабочее настроение. То есть - вааще.

Но некоторые вещи надо делать - несмотря на настроение. Например, помогать гламурным барышням писать их гламурные книги.


Есть такая "рублевская писательница" - Оксана Робски. Кто пробовал читать, тот меня поймет - не Гоголь, мягко говоря. Но народу, судя по тиражам, сильно нравится.


Как выяснилось, даже "писателям с Рублевки" знакомо понятие творческого кризиса.


И тогда начинаются призывы о помощи - типа, продолжите повествование, плиз, расскажите мне, что там в моей книге дальше произойдет?

А я вам за это множество полезных и гламурных вещей обещаю... И в книге пропишу про ваше творческое соучастие, и рецензию - если надо, и все такое прочее.

Про насчет денег, правда, ни слова. Ну, да и ладно, гусары с дам денег не берут. Зато считаю себя в полном праве выложить тут получившийся результат.


Короче говоря, сюжет застопорившейся книжки таков: молодая актрисулька из хорошей семьи, где крайне крутая мама, очень хочет получить роль. Нет, РОЛЬ, вот так. Пока решается вопрос - получит она роль или нет, она решается повеситься. От переживаний, угу.

Как раз в момент, когда она сует в петлю голову, раздается телефонный звонок - типа, не парьтесь, роль ваша. От радости она вешаться передумывает, но все не так просто - башня-то уже в петле. Она начинает судорожно снимать петлю, стул подворачивается...


Спасает актрису любовник, который как раз в этот момент вернулся в номер, где и разворачивается все действие.

Парню подобные заморочки не нужны и он выгоняет спасенную из своего номера и из своей жизни - типа, ты меня достала уже.

Недоповешенная барышня не унывает, решая пожить у подруги, но тут ее ждет новый облом - подруга дает от ворот поворот - мол, у меня новый халаль и он будет стесняться. Но если хочешь - приходи попозже, когда он стесняться уже перестанет.


Актрисуля психует, обзывает подругу разными словами и уезжает... да просто едет по городу. И решает провести время в казино. Там она знакомится с гламурным мачо, который сидит себе, проигрывает деньги, на нем грязные ботинки, но на улице его ждет красная (или красный?) "Феррари".


Новые знакомые общаются о красивом, но потом парень проигрывает все деньги и предлагает заехать к нему - взять еще бабла и ехать прожигать жизнь дальше. Сначала они едут на его крутой машине, но актриса пугается его манеры езды - дескать, ты так и сам убъешься и меня убьешь - и пересаживается в свою тачку, на которой ее охрана ехала следом. Мол, я к тебе потихоньку доеду, езжай вперед, только адрес скажи.

Барышня приезжает по адресу, идет от лифта и думает - а неопасно ли, так приходить? Да пофиг, думает, у меня же охрана внизу сидит в машине. Вот она поднимается в квартиру к новому знакомому и...



Он лежал на полу.

Я даже не рассмотрела его голову. Она была вся раскорёжена, она даже на голову не была похожа. И кровь.

Я закричала.

И зажала себе рот рукой.

Меня вырвало.

Я сняла куртку и вытерла ею пол там, куда меня вырвало.

Я очень старалась не смотреть на него. Перед зеркалом в лифте я репетировала, с каким лицом я пройду мимо охраны дома.

Со спокойным.

Бежать.

Они кивнули мне.

- Уже уходите? - спросил один из них, явно заигрывая.

- Дома никого нет, - сказала я.

- Странно. Он, наверное, через нижний этаж ушёл. С парковки.

- Наверно, - благодарно улыбнулась я.

- Всё нормально, Вик? - спросил меня охранник в машине.

"Звони срочно маме!" - хотела закричать я.

- Всё нормально, - кивнула я. - Поехали в гостиницу.


На этом сюжет нового романа "Дорога к звёздам" иссяк совсем и требуется его подтолкнуть хоть в каком-то направлении.

Подтолкнуть - не проблема. Проблема - сохранить стилистику всего этого феерического произведения - как можно понять даже по отрывку, автор о своих читателях не сильно высокого мнения и старается не пугать их сложными предложениями. Попроще надо. Сильно попроще. Еще проще, дабы не повредить моск.


Меня такой стиль, признаться, напрягает, но - хозяин-барин, к проблемам писателей и читателей надо относиться с пониманием. Поэтому - поехали, поможем Оксане в ее нелегком деле:

Он посмотрел на меня чуть внимательнее.

Отвел глаза. Что ему показалось?

Сейчас спросит что-то еще?

Нет, спокойно сидел и смотрел на дорогу.

Школа. Даже если что-то и почувствовал – никогда не спросит.

Но запомнит.

Да, запомнит. Как и охранники в доме.

Да, скажут, приходила тут одна…

Интересно, как они меня назовут? В голову отчего-то пришло – бикса.

Почему бикса, кто такая бикса? Понятия не имею.

Но явно из того же ряда, что и телка.

А охранники в доме явно не принадлежат к числу тех, кто называет кошку кошкой, даже наступив на нее в темноте.

Боже, о чем я думаю.

О чем угодно.

О биксах, телках, козах.

О кошках и охранниках.

О королях и капусте.

Лишь бы выгнать из памяти страшную картину. Как он лежит в луже крови.

Почти без головы. Гонщик без головы...

Некрасиво разбросав в стороны ноги в сверкающих ботинках и странно подвернув под себя руку.

Стоп! Так, спокойно. Ботинки.

В казино я видела его грязные ботинки. В квартире они сияли.

И что?

Может человек, заехав домой за деньгами, начать переобуваться? Может.

Если его раздражает грязная обувь.

Но этого грязные башмаки совсем не напрягали – я бы заметила.

Значит, там лежал не он? А кто?

Да мне-то что за дело!

Кто он мне, этот золотой мальчик на Ferrari?

- Мы не едем в гостиницу, - сказала я. – К Эвелине поехали.

Она, конечно, дрянь последняя. Но у нее спокойнее.

Мне надо подумать. Вот у нее и подумаем.

Надеюсь, Сережа перестал стесняться.

Времени уже больше одиннадцати, так что – имею право.

Но позвонить все же стоит. Во избежание.

Брезгливо касаясь испачканной куртки, я поискала телефон.

Нет.

И здесь нет.

И нигде нет.

А когда поднималась в квартиру этого гонщика – он был.

Я это отчетливо помню. Помню, как подумала про свою охрану и машинально коснулась телефона в кармане.

Мне приходилось терять телефоны.

Иногда это было очень некстати.

Но никогда – настолько некстати.

Потому что телефоны прекрасно теряются, если возить курткой по полу.

Рядом с трупом.

«Мамочка!».


Ну, вот в таком, примерно ключе оно и получилось. Господам заказчикам моих буковок рекомендую следить за рекламой - когда книжка выйдет, можно ее купить, ежели денег не жалко. Дорогие у барышни книжки, к слову.

Но зато, кто знает, вдруг да и будете потом говорить мимоходом, с рассеянной интонацией ... типа: "А, Робски... знаю такую. Ее соавтор тексты на мой сайт пишет - ниче так, вполне гламурно... Надо ему еще заказать." Придете заказывать, а я уже брульянтами оплату беру... Хех.

Необходимый апдейт. Отдельные скептики начали присылать письма, дескать - хы, товарисч, а сама-то Оксана Робски знает, что ты ее соавтором стал? Дескать, этак каждый напридумывает невесть что - в надежде свое тщеславие потешить, но кто же такому поверит?


Специально для скептиков. Часть вторая. "Оксана Робски и Продавец букв"


Про Шевчука

Тут Давыдов, в своем интервью расказал, как перся на концерте Шевчука в Сан-Франциско в 99 году. Ну, у нас с Димой судьбы разные - я впервые на концерт Шевчука попал в 89 году, точнее - в самом конце 88 года, в Свердловске. Сейчас прочитал Давыдова - и вспомнил.


Представьте, промороженный насквозь Свердловск, закат СССР, жрать нечего вообще, все по талонам. Бухло, самое обидное, тоже по талонам. И вот мы как раз затарились бухлом на новогодние праздники (отоваривать вино-водочные талоны, дети, это особое мастерство нужно было иметь. Совершенно лишний сегодня навык. Потому как спиртного привозят мало, а желающих купить его - много. А магазинов, где талоны можно отоварить - меньше десятка на миллионный город. И контингент там подбирается - пестня. Чистый шансон. Я там, к слову, впервые у ментов резиновые дубинки увидел - в прежние тоталитарные времена им таких приблуд не полагалось).


Впрочем, я продолжу тему, которая не про бухло, а про Шевчука. Хотя, про бухло тоже будет.

И вот побросали мы эти сумки с вином и водкой и понеслись на концерт. Билетов не было, но мы же были студенты журфака, блин. Наглые как танки. Плюс - удостоверения нашей факультетской учебной газеты были такого вида, что не забалуешь. Красная корка, герб СССР, крупная надпись "Пресса", все дела. Для тех времен - круто. Это сейчас СМИ никому в хрен не уперлись, а то время - самый пик крутизны был, начальники трепетали. А уж мелкие начальники типа вахтеров - те и вовсе...


Ну, короче, прошли мы на концерт. А после концерта все та же наглость понесла нас прямо в гримерку Шевчука, типа знакомиться и говорить спасибо. Юра наглых сопляков никуда не послал, а совсем наоборот - разговоры начал разговаривать. И как-то в разговоре так прозвучало, что тут до нашей общаги метров триста всего (врали, конечно), а в комнате, где мы живем, раньше жил сам Башлачев (не врали, кстати) и -типа - а пойдем в гости, Юра?


И Юра, что характерно, пошел. Для компании взял Никиту Зайцева (он на скрипке тогда в группе играл) и две гитары, конечно.

Когда я влетел в комнату и сказал своим, чтобы быстро навели порядок, поскольку сюда идет Шевчук - раздался бодрый смех и пожелания прекращать бухать.


Смех еще звучал, когда раскрылась дверь и вошел Юра, который начал обходить всех и скромно так здороваться-знакомиться... Рожи у моих соседей были - любо-дорого, гы.

Жрать у нас особо не было, но был неплохой чай и куча бухла, которое мы поначалу думали притырить - потому как Новый год через три дня, а больше уже не купить.


Притырить не получилось - насухо разговор не очень получался, чай не помогал... да и не хотелось жлобить, честно говоря.

Блин, народ, мы с 10 вечера до 6 утра просидели, без передыху - в разговорах и песнях, Заяц, правда, часа в четыре попросился прилечь, а Юра не утихал... такая ночка получилась - очень она мне запомнилась.

Мы же тогда совсем пацаны были - по 18-20 лет, не больше. А Юра хоть и постарше-то всего лет на 10, но он же - сами видите. Его и тогда в группе уже "Батей" звали...


Видеокамер у студентов тогда не было, но фотографии сделали - до сих пор храню. И три кассеты магнитофонных записались - разговоров и песен. Да потерялись, конечно же... Но не сразу.

Уже под утро побрели с Шевчуком в туалет, да на кухне задержались - покурить на свежем воздухе (в комнате был полный газенваген). А время сильно неспокойное было - ясно уже стало всем, что перестройка горбачевская пошла вразнос, в стране нефига нету и что дальше будет - фиг знает...

Об этом и заговорили. И Шевчук сказал тогда: не знаю, что будет. Не знаю, где будем. Но главное, Игорек, я для себя так решил. Главное - не быть пидорасом. А остальное - как-нибудь, приложится. Чего и тебе желаю...


Комментариев: 2 Комментариев: 2

Прыг: 01 02 03 04 05 06 07